Золотая пора национализма

Золотая пора национализма

Tuesday, July 1, 2008; Page A11

Сама я болела в финале за Испанию: сегодня испанская экономика переживает трудные времена, и я подумала, что победа могла бы ободрить испанцев — так оно и было, судя по воскресным уличным гуляньям, продолжавшимся всю ночь. Однако мой сын болел за Германию: парадоксальным образом это связано с тем, что он наполовину поляк, а двое германских игроков — поляки, родившиеся в Польше и общающиеся друг с другом на поле по-польски. Один из них — Лукас Подольски (Lukas Podolski) забил оба гола во время матча Польша-Германия три недели назад. Германия тогда победила со счетом 2:0.

Впрочем, это было вполне типично для прошедшего чемпионата Европы по тому виду спорта, который американцы называют 'соккером', а остальной мир 'футболом' (варианты — foolball, futbol, futebol, 'пилка ножна' и т.д.). В этом году состязание шло более-менее привычно, и все националистические ритуалы были соблюдены. Все одевались в национальные цвета, пели свои гимны и скандировали свои речевки. Голландцы выкрасили волосы в оранжевый цвет; немецкие девушки носили черно-красно-желтые лифчики от купальников; поляки же выкрасили лица наполовину в красный, наполовину в белый цвет — раньше, если мне не изменяет память, они такого не делали. Сегодня это делают все и, в общем и целом, как я уже писала, это позитивное явление. В большинстве европейских стран нет аналогов Четвертому июля, и у большинства европейцев нет флагштока перед домом, поэтому футбольные турниры — это для них, на самом деле, единственный шанс исполнить национальный гимн и поскандировать, не рискуя быть обвиненными в фашизме.

Тем не менее, в этом году народное ликование заставило меня задуматься о том, не перебарщивают ли болельщики с этими атавистическими ритуалами и, более того, не бьют ли они мимо цели. Впервые я обратила внимание на эту проблему, когда после победы Германии над Польшей Подольского окружили польские и немецкие журналисты, требуя рассказать, 'как он себя чувствует', забив голы в ворота команды своей страны. Будучи всего лишь 23-летним футболистом, он не сумел дать глубоких и поучительных ответов, однако его переиначенные комментарии по поводу смешанных чувств вызвали в Польше общенациональную скорбь и сетования в том духе, что 'все по-настоящему талантливые поляки в конечном итоге уезжают из страны'. Однако оказывается, что в его случае нет ничего неожиданного. На прошедшем чемпионате Европы около трети голов забили игроки, родившиеся не в тех странах, за которые они играют, благодаря хитроумному процессу получения паспортов или — что, пожалуй, интереснее — постоянно растущей миграции как в Европу, так и между европейскими странами.

Так, единственный гол Польши на турнире забил Рожер Геррейро (Roger Guerreiro), который родился в Бразилии. Одной из австрийских звезд был хорват Ивица Вастич (Ivica Vastic). В турецкой команде было пять игроков, родившихся за рубежом, равно как и в португальской, а в хорватской и французской — по семь. Сегодня иностранцы бывают даже тренерами. У Польши и России тренеры-голландцы — хотя первый впал в немилость, а второй стал национальным героем после того, как российская команда, вопреки всем ожиданиям, пробилась в полуфинал. Кроме того, раздаются призывы дать ему почетное гражданство России.

Вероятно, из-за все более многонационального характера этих вроде бы национальных команд в этом году среди фанатов и даже властей — чего на моей памяти еще не было — появилась некая осмотрительность. Например, состоявшийся на прошлой неделе полуфинал Германия-Турция был подлинным примером опасливой, демонстративно мультикультурной доброй воли. Так случилось, что во время матча я была в Берлине, где живет пара сотен тысяч турок (всего их в Германии 2,6 миллиона), не все из которых могут сказать, что они большую часть времени чувствуют себя местными жителями или что к ним относятся как к таковым. Тем не менее, в день игры берлинцы проявляли своего рода вымученную доброжелательность. На машинах развевались турецкие и немецкие флаги, берлинцы демонстративно носили футболки с немецким орлом и турецким полумесяцем, а Berliner Morgenpost опубликовала на первой полосе показательно бодрую статью о духе здорового соперничества — по-немецки и по-турецки. После того, как немцы победили, все — вплоть до канцлера Германии Ангелы Меркель — немедленно согласились, что немецкая победа была очень красивой, но, разумеется, было совершенно очевидно, что турки играли лучше и заслужили победы. Тьфу!

Но, с другой стороны, в этом тоже прелесть футбола — игры, прямо скажем, фундаментально несправедливой: поскольку в ней часто бывает так, что побеждает не та команда, или что команда, которая доминировала по ходу встречи, не забивает гола, или что судья свистит в неподходящий момент и несправедливо назначает пенальти, то вы всегда можете быть великодушны к противнику — если хотите, конечно. И, пожалуй, это помогает объяснить непрекращающийся интерес к футболу в Европе, где национальный состав команд сегодня так же подвижен, как национальный состав стран, которые они формально представляют.